Повышение «Севастополя» – риск больших санкций для футбола. Но разве нам есть что терять?

Разбор Игоря Сергеева.

«Севастополь» выиграл группу LEON Второй лиги Б и заслужил повышение в дивизион А – турнир уже под эгидой РФС. Проблема в том, что УЕФА еще в 2014 году запретил союзу принимать крымские команды в свои турниры.

Британская The Guardian предполагает: если повышение не заблокируют, зазвучат призывы уже не отстранить, а исключить Россию из УЕФА и ФИФА.

Как быть?

Как крымские клубы прошли в российский футбол

Летом 2014-го три крымских клуба – ТСК из Симферополя, СКЧФ из Севастополя и ялтинская «Жемчужина» – сыграли в Кубке России и заявились в третий дивизион. В ответ на жалобу Украинской футбольной ассоциации (УАФ) 4 декабря 2014-го исполком УЕФА и выпустил тот самый запрет, который действует с 1 января 2015 года и до дальнейшего уведомления.

«Пока решение должно быть таким: рассматривать Крым как особую зону для целей футбола», – пояснил тогдашний генсек УЕФА, а ныне президент ФИФА Джанни Инфантино.

В 2015-м делегация УЕФА сама создала для полуострова отдельную Премьер-лигу Крыма. Восемь лет она оставалась для крымских клубов потолком, пока в 2023-м РФС не нашел лазейку. Вторую лигу разделили на два дивизиона, и дивизион Б, куда зашли «Севастополь» и «Ялта», отдали ФНЛ: она сама организует турнир и вместо лицензий РФС выдает клубам свои аттестаты. Дивизион А остался турниром РФС.

«Соревнование является любительским», – подчеркивал тогда генсек РФС Максим Митрофанов.

«Мы не видим оснований для того, чтобы возникли какие-то проблемы», – добавлял президент союза Александр Дюков.

Украинская ассоциация футбола сразу попросила УЕФА и ФИФА рассмотреть исключение РФС за «грубое нарушение» уставов. УЕФА пообещал «оценить ситуацию» – и на этом все закончилось. Интересно, что в решении УЕФА 2014 года нет оговорки, что крымские клубы могут играть в любительских турнирах, а в профессиональных – нет. Есть один общий запрет.

В октябре 2025 года УАФ снова пожаловалась в УЕФА: утверждала, что российские футбольные структуры пытаются включить украинские клубы и их идентичность в российскую футбольную систему без согласия украинской стороны. Публичных решений по этой жалобе УЕФА тоже не озвучил.

Прямо сейчас начался следующий виток.

Повышение «Севастополя» создает новые риски

В сезоне-2026 «Севастополь» не оставил РФС шансов на тихий сценарий. 11 октября крымский клуб разгромил махачкалинское «Динамо-2» (6:0) и за три тура до конца выиграл группу 1, в которой 5 из 15 команд представляли новые территории, в том числе бахчисарайский «Кызылташ» и донецкий «Шахтер».

В клубе сразу дали понять, что сдавать назад не собираются.

«Конечно, планируем подавать документы, – сказал гендиректор «Севастополя» Валерий Чалый «РБ Спорту». – По регламенту мы должны выйти в следующий этап. Мы выполним свои критерии. Мы очень профессиональный футбольный клуб».

Для дивизиона А (группа «Серебро») нужна лицензия РФС категории 3А. И если союз видит большие международные риски, то теоретически может найти, например, проблемы со стадионом или документами и не дать «Севастополю» лицензию. Только и здесь загвоздка: по логике регламента путевку может получить следующая команда группы – то есть донецкий «Шахтер», который играет домашние матчи в Таганроге. Здесь важно, что решение УЕФА 2014 года касается только крымских клубов, а «Шахтер» связан с другой территорией. В общем, отказ «Севастополю» в лицензии грозит РФС уже не международными, а внутренними рисками – и, возможно, они даже серьезнее.

Какие варианты у РФС?

По информации Ивана Карпова, в РФС рассматривают три сценария, а решение примут в начале декабря. Общая логика: запрет УЕФА касается турниров РФС, значит, нужно сделать так, чтобы лига, куда поднимается «Севастополь», относилась к другой организации.

● Полностью передать Вторую лигу в ведение ФНЛ. Сейчас ФНЛ организует только дивизион Б, а в дивизионе А организатор – РФС, ФНЛ там отвечает лишь за оперативное управление. Если организатором и дивизиона А станет ФНЛ, вопросы к тому, кто там играет, формально будут уже к ней, а не к РФС. Слабое место: ФНЛ – член РФС, а допуск в дивизион А сейчас дает лицензия РФС 3А.

● Дивизион А оставить у РФС, но право формирования состава делегировать ФНЛ. Та же логика, только мягче: РФС остается организатором, но не решает, кто играет. Слабое место: привязка к РФС сохраняется – именно то, что запрещает решение 2014-го.

● Сделать дивизион А (группы «Золото» и «Серебро») полулюбительским. Идея – чтобы у УЕФА и ФИФА не было вопросов к выступлению там «Севастополя» и других клубов с новых территорий. Отличие от первого варианта: там меняется организатор турнира, а здесь – его статус. Турнир остается под эгидой РФС, но из профессионального становится любительским – а любительский футбол, по логике РФС, под запрет не попадает. Слабое место: третий дивизион страны фактически теряет профессиональный статус ради одного клуба.

Очевидно, первые два варианта – юридическая косметика. ФНЛ – не самостоятельная структура, а член РФС и часть его системы, и лицензию 3А выдает именно союз. УЕФА в спорах такого рода обычно смотрит на суть, а не на форму.

Третий вариант надежнее, ведь на любительский статус РФС ссылался еще в 2023-м, и три года УЕФА с крымскими клубами в дивизионе Б живет. Правда, по регламенту дивизион Б – профессиональный турнир, так что прецедент скорее политический, чем юридический. Но цена высокая. Сейчас дивизион А – это профессиональные контракты, лицензии 3А и путь наверх в Первую лигу. Перевести третий дивизион страны в «полулюбители» ради одного клуба – значит перестроить всю пирамиду. И через год-два проблема, возможно, вернется: если «Севастополь» выиграет дивизион А и постучится в Первую лигу.

Есть и четвертый теоретический вариант (но обсуждают ли его в РФС – неизвестно): заморозить решения в надежде на скорое политическое урегулирование конфликта.

Что российский футбол может еще потерять?

Логичный вопрос: мы и так пятый год изолированы от международного футбола, куда уж хуже? Почему нельзя просто забить на УЕФА и ФИФА и делать, как считаем нужным?

Во-первых, исключение из ФИФА грозит фактическим запретом на заграничные трансферы. Международный сертификат о переходе игрока оформляется между национальными федерациями – членами ФИФА. Даже в нынешних условиях РПЛ может приглашать легионеров из Латинской Америки, Африки и Азии, а без членства в ФИФА оформить такие переходы будет просто негде. Уточним, что при приостановлении членства (в чем отличие от исключения – объясним ниже) прямого запрета на трансферы в правилах нет: например, когда в 2022-м приостановили федерацию Зимбабве, переходы ее игроков через систему ФИФА продолжались.

Во-вторых, в случае исключения ассоциации ФИФА запрещает с ней контактировать остальным. То есть закрываются и товарищеские матчи с Ираном, Нигерией или Намибией, которые сейчас составляют календарь сборной.

В-третьих, деньги. Парадокс нынешней ситуации в том, что четыре года отстранения РФС продолжает получать деньги и от УЕФА, и от ФИФА. Речь про десятки миллионов евро по разнообразным программам развития футбола – они составляют значительную часть бюджета союза.

«Все в порядке в плане получения денег от международных федераций, – говорил генсек РФС Максим Митрофанов на ПМЭФ в июне 2025-го. – В 2025 году получили от УЕФА все возможные выплаты, от ФИФА даже авансом».

В 2025 году РФС получил по целевым программам 29,3 млн евро (2,76 млрд рублей) – 34% всех поступлений в отчете о целевом использовании средств РФС за год (85,3 млн евро – 8,05 млрд рублей). В 2024-м – 18,9 млн евро (1,89 млрд, 21%). То есть в целевом бюджете союза деньги ФИФА и УЕФА почти сравнялись с главным источником – отчислениями букмекеров (30,7 млн евро – 2,9 млрд рублей).

Также РФС получает выплаты от УЕФА за передачу вещательных и спонсорских прав. Детали официально не раскрываются, но, судя по всему, речь о централизованной продаже УЕФА прав на матчи сборных.

Причем в таблицу не попадают деньги, которые РФС передает клубам как посредник: в отчетности это транзит, а не доход союза. Например, солидарные выплаты УЕФА – деньги для клубов, которые не играют в еврокубках. По данным The Guardian, за три сезона они принесли российскому футболу больше 10,9 млн евро.

Также необходимо учитывать, что есть деньги, которые союз уже заработал по программам УЕФА и ФИФА, но на конец года еще не получил – по итогам 2025 года это 109,4 млн рублей (1,2 млн евро).

Так что отстранение – это запрет играть, исключение – это фактический выход из международной футбольной экосистемы, что ударит не только по сборной, но и по клубам.

При этом потерять членство гораздо проще, чем вернуть.

Как исключают и как сложно вернуться

Важно различать три состояния: отстранение сборных и клубов от соревнований (сейчас в отношении России), приостановление членства национальной федерации и ее исключение.

Исключение – самая тяжелая санкция в футбольном праве.

В УЕФА этот вопрос решает конгресс по предложению исполкома. Оснований в уставе четыре, и одно из них – если федерация «серьезно нарушила устав или регламент, или решение, принятое на их основании». Допуск «Севастополя» в турнир под эгидой РФС могут при желании назвать серьезным нарушением решения УЕФА.

Для исключения ассоциации нужны три четверти голосов конгресса, причем присутствовать должны не меньше половины всех федераций. В ФИФА схема та же: исключение предлагает Совет, а решают три четверти голосов конгресса. И важная связка: исключение из ФИФА – одно из четырех оснований исключить федерацию и из УЕФА. Но не наоборот.

До решения об исключении исполком УЕФА может приостановить членство федерации «с немедленным вступлением в силу», совет ФИФА – тоже. В ФИФА приостановленная федерация теряет все права члена – включая участие в программах развития, то есть и FIFA Forward.

Дорога назад – гораздо сложнее. Например, для снятия отстранения достаточно заседания исполкома УЕФА или Совета ФИФА, для снятия приостановления членства – решения конгресса. А вот чтобы вернуться после исключения, нужно пройти серьезную процедуру. Подать заявку и получить большинство голосов на конгрессе УЕФА, который решает «по своему усмотрению», а потом и на конгрессе ФИФА – по рекомендации совета. Есть и короткий путь: исполком УЕФА может принять федерацию временно, но окончательно все равно решает конгресс. Автоматического восстановления членства после изменения политической ситуации или устранения нарушения уставы не предусматривают.

Несколько реальных примеров.

В 1960-х членство ЮАР в ФИФА сначала приостановили, в 1976-м из-за апартеида федерацию исключили. Вернулась она только в 1992-м: после смены политического строя. Югославию в 1992-м после санкций ООН отстранили от турниров, но не исключили. В официальные турниры она вернулась в 1996-м – без нового вступления.

Три четверти голосов в УЕФА – это 42 федерации из 55, если на конгрессе голосуют все, включая Россию. Если РФС к тому моменту приостановят, голоса у него не будет – и хватит 41 из 54. Планка высокая, но и ситуация необычная: в 2022-м союз отстранили без голосования и почти без возражений, а нарушение конкретного решения УЕФА 2014 года формально доказать гораздо проще, чем спорить о политике.

В ФИФА арифметика другая: там голосуют 211 федераций со всего мира. Исключение может предложить только Совет ФИФА, а для решения нужны три четверти действительных голосов при кворуме больше половины федераций с правом голоса, то есть не меньше 106. Если голосуют все 211, нужно 159 голосов «за». Если РФС к тому моменту приостановят – 158 из 210. Собрать такое большинство в ФИФА, на мой взгляд, заметно сложнее, чем в УЕФА: многие федерации Азии, Африки и Латинской Америки настроены к России нейтральнее европейских, а сам президент ФИФА Джанни Инфантино выступает за ее возвращение. Поэтому главный риск для РФС – в Ньоне, а не в Цюрихе.

То есть исключение – решение на годы, а не на сезон.

Скорее всего, решать вопрос будет не РФС

История с «Севастополем» случилась в самый неудобный для РФС момент.

В феврале 2026-го президент ФИФА Джанни Инфантино публично высказался за возвращение России.

«Нам однозначно нужно подумать о восстановлении России, потому что этот запрет ничего не дал, – сказал он телеканалу Sky Sports. – Он только создал больше разочарования и ненависти».

С 22 по 31 октября в Баку прошел первый в истории чемпионат мира ФИФА U15, и юношеская сборная России сыграла на нем под национальным флагом – впервые с 2022 года на официальном турнире ФИФА.

А 30 октября Спортивный арбитражный суд (CAS) обязал Международную федерацию хоккея на льду (ИИХФ) допустить сборные России ко всем турнирам, включая чемпионат мира в Германии. И у футбола появился шанс пойти тем же путем (с некоторыми исключениями).

Кроме того, появился шанс на скорое завершение конфликта. 10-11 ноября в Абу-Даби прошли трехсторонние переговоры России, США и Украины. Там обсуждались важные вопросы мироустройства, но от них напрямую зависит и наш футбол.

Поэтому самый вероятный сценарий решения вопроса «Севастополя» – не изящный юридический ход, а пауза, и это вполне разумно в нынешней обстановке.